Двойняшки | Курсы консультантов по грудному вскармливанию
Дистанционное обучение консультантов по грудному вскармливанию, слингоношению и подготовке к родам

Двойняшки

До рождения первого ребенка я работала в пресс-службе крупной компании. И честно собиралась когда дочке будет год вернуться на работу. Но не смогла, поняла, что дома я нужнее. И мне очень нравилось быть мамой, женой, хозяйкой, иногда - журналистом. Во всех этих ипостасях мне не хватало только одного – ежедневного ощутимого и значимого для меня результата. То, что сегодня я вложила в детей, прорастет много позже. Хорошие отношения с супругом хоть и очень важны, также сложно измерить и пощупать. Порядок в доме может быть нарушен практически в мгновение ока. А писать иногда приходилось на совсем ничего для меня не значащие темы.

И перед рождением третьего ребенка я решила попробовать профессию консультанта по грудному вскармливанию. Именно она мне дала ежедневные значимые вехи, которые легко измерить и ощутить. А кроме того, стала мостиком между ограниченным миром моей семьи и друзей и большим миром вокруг. Подарила мне новые знакомства и ввела в теплый круг единомышленников.

И хотя у меня нет и никогда не было особого желания спасать весь мир или даже кого-нибудь одного, мне важно, что моя работа, мой небольшой вклад во взаимоотношения каждой конкретной пары мать и дитя делают наш мир немного более гармоничным и радостным.  Это моя миссия, которая является путеводной звездой каждое мгновение моей жизни, придавая ей дополнительный смысл и значение.

Сегодня я познакомилась с чудесной семьей. Папа Антон, мама Алина и две восхитительные малышки трех недель от роду. Честно говоря, я ехала в ожидании сложной работы. Двойняшки, кесарево, мама почти не кормила грудью – через неделю после родов врач прописал ей антибиотик, якобы не совместимый с ГВ. На горячую линию звонил папа и жаловался, что у деток колики, они много плачут, спрашивал,  нужно ли давать какие-нибудь лекарства.

По словам консультанта, который принял звонок, отец очень заинтересовался, когда узнал, что причиной беспокойства у девочек могут быть не только колики. А еще сказал, что с сегодняшнего дня маме уже можно кормить грудью. И они очень хотят сохранить эту возможность. Но малышки сосут мало, сразу засыпают, а мама с утра без устали пытается их приложить, но ничего не получается. Поэтому они хотят чтобы к ним как можно быстрее приехал консультант и показал, как все делать правильно.

К сожалению, был уже вечер, никто не смог так поздно выехать к ребятам. Но сегодня утром к ним еду я. И, мысленно составляя план консультации, обдумываю, как мягче донести до них информацию о необходимости совместного сна для восстановления лактации, ношении на ручках, беспокоюсь, что девочки уже успели привыкнуть к соскам и бутылкам. Еще немного тревожно от того, что с мамой мне поговорить не удалось. Но папа уверял, что она согласна на визит консультанта, просто слишком занята с малышками.

Выхожу из метро и вижу пять пропущенных звонков от Антона, хотя до назначенного времени еще двадцать минут. Перезваниваю и слышу взволнованный голос – они все дружно не спали до четырех часов ночи, мама так и сидела на диване, делая попытки накормить девочек. Но памперсы совсем перестали наполняться, малышки кричали все сильнее, и ночью папа накормил их смесью. После чего наступил долгожданный покой. А с утра битва за ГВ продолжилась. И вот дети снова кричат, а родители нервничают и не знают, кормить ли их смесью или дождаться моего прихода.

Если бы он позвонил хотя бы час назад, я предложила бы им все-таки немного докормить деток. Но сейчас я уже подхожу к подъезду. А значит, будем давать грудь и учиться кормить из несосательных предметов.  

Захожу в квартиру – девчонки встречают меня дружным криком. Переобуваюсь, мою руки, надеваю чистую футболку – крик то затихает, то усиливается. Антон проводит меня к малышкам – они лежат на больших подушках в родительской кровати в одних памперсах и с сосками, которые папа периодически вставляет в кричащие ротики. Через пару минут приходит из душа мама.

Сейчас времени на продолжительные разговоры нет – будем сразу прикладывать малышек. Выбираю для начала позу из-под руки, вернее из-под двух. Располагаю маму на кровати, обкладываю подушками, которые оказываются слишком мягкими и неудобными. Поэтому в ход идут полотенца и одеяла. И я наконец укладываю справа от мамы первый кричащий комочек. Он такой крошечный – тоненькие ручки и ножки хаотично двигаются в разные стороны, и мне очень хочется их припеленать. Но оставим это на потом – похоже Антон и Алина не сторонники пеленания. Малышка не успевает опомниться, как грудь оказывается у нее во рту. Поправляю мамину руку, помогаю ей придержать головку. Беру вторую кроху – она еще легче. Укладываю как можно ближе к маме слева и также стремительно вкладываю грудь ей в рот. Проделываю те же манипуляции с левой рукой мамы. И чувствую себя немного волшебницей – в квартире воцаряется тишина, малышки активно двигают челюстями, а папа восхищенно спрашивает: «Как вы это сделали?». И это очень важный вопрос, ведь я-то уйду через пару часов, и за это время нужно чтобы родители научились проделывать это самостоятельно.

Теперь у нас есть время поговорить. Малышек зовут Лиза и Кристина. Лиза – мельче и более требовательная, лучше и чаще сосет, она же более тонусная – ручки и ножки очень напряжены. Кристина, соответственно, чуть больше и спокойнее, а потому внимания получает меньше. Хотя именно ее нужно чаще тормошить и прикладывать.

Алина с Антоном настроены решительно – только ГВ и никаких вариантов. Алина в беременность ходила на лекции и знает о пользе материнского молока, да и честно признается, что не готова к мороке с сосками и бутылками. Именно поэтому они в первый же день отменили всю смесь, решив сразу перевести малышек на грудь.  Смелое решение, но опасное. Все нужно делать постепенно. К тому же выясняется, что до этого за один раз девочкам давали по сто миллилитров смеси. Это, конечно, слишком много для таких крох, вес которых едва перевалил за три килограмма.

Я вообще удивляюсь и очень радуюсь, что после такого плотного знакомства с бутылками Лиза с Кристиной так охотно берут грудь. Но периодически девчонки ее все же выпускают – то заснут, то головой покрутят, то ручкой оттолкнутся, то начинают плакать, видимо от того, что молока маловато. А много его быть и не может – мама рассказала, что когда на тринадцатый день они приехали домой, и кормить было нельзя, она несколько дней наводила порядок, мыла полы, а сцеживалась только чуть-чуть, до облегчения.  А надо бы регулярно, да подольше. Поэтому будим малышек, сжимаем грудь и пробуем другие позы. Например, подходящую для совместного сна – мама ложится, а девочек я выкладываю на животики прямо на нее. Сосут и дремлют.

Отмечаю для себя, что все время сама вкладываю грудь в малышек – у мамы вроде как заняты руки и она не может. Она периодически подзывает Антона и просит его тренироваться, со словами «тебе потом предстоит это делать». Но делать это все предстоит ей самой, и лучше бы она попробовала сейчас. Но пробует пока только папа, и чаще всего безуспешно. Он, похоже, переживает, что может повредить крох,  где-то пережать или передавить, ведь действовать нужно решительно и мягко одновременно. Хотя бояться как правило нечего. Самое страшное, что может случится – ребенок раскричится и не возьмет грудь.

В периоды затишья мы обсуждаем колики. Рекомендации по лекарствам, о которых просят родители, я как консультант по ГВ давать не могу, это прерогатива педиатров. Но я знаю другие способы работы с ними. К тому же причин для детского плача помимо колик наберется еще чуть ли не больше десятка.

Приходит время развенчивать мифы о том, что и как должны делать дети, и это не так уж просто. Ведь это мне, опытной маме, очевидно, что дети никому ничего не должны. Что сейчас, например, Лиза плачет и кряхтит от того, что хочет чтобы мама помогла ей опорожнить кишечник. А Кристина, кажется, устала сосать, но все еще слишком голодна чтобы заснуть. И можно пока просто поносить ее на ручках. И даже если она заснет – врядли удастся положить ее в кроватку на пару часиков для спокойного сна.

А Антон с Алиной не видят всего этого. И, похоже, сейчас даже не готовы воспринять многое из того, что я могла бы им рассказать. Они только слышат плач и хотят чтобы его не было. В их картинке мира все должно быть совсем по-другому. И они ждут от девочек поведения, соответствующего своей картинке.  Этого, конечно, можно  достичь, но цена может оказаться очень высока.

Однако моя задача – научить маму кормить в разных позах, правильно давать грудь, определить размер докорма, а не изменить мировоззрение родителей. Хотя исподволь рассказать о существовании другого подхода тоже важно. Вот и работаю. И не забываю хвалить, кстати – они все настоящие молодцы, один настрой чего стоит!

Пробуем другие позы, договариваемся, что нужно кормить девочек и поодиночке, но в то же время стараться днем отрабатывать позу, в которой все трое будут спать ночью. А спать вместе они, на удивление, быстро согласились. Детская кроватка у них всего одна, бортик снимается. Поэтому рассказываю им о том, как немного расширить спальное место, придвинув кроватку к взрослой, и Антону с Алиной нравится эта идея. 

Еще нам нужно чтобы малышки постепенно забыли бутылочки и соски. Но докорм тоже необходим первое время. А для этого – учимся докармливать из несосательных предметов. Папа рассказывает, что вчера пробовал накормить девчонок из ложки, но безрезультатно – они выплевывали смесь. Объясняю почему это произошло и провожу мастер-класс на Лизе по докорму из шприца с одновременным сосанием взрослого пальца. И вот уже папа виртуозно кормит Кристину и радуется – у него получилось с первого раза, к тому же, оказывается, это гораздо быстрее, чем из бутылки.

Наши три часа подходят к концу. Несмотря на жару предлагаю родителям все-таки запеленать своих куколок. А они не умеют. К тому же пеленки оказываются маловаты даже для таких крох. Учимся на том, что есть, обсуждаем размеры и качество пеленок. А когда обе девочки укутаны, даже папа обращает внимание на то, что так оказывается гораздо легче приложить их  к груди.

Теперь нам обязательно нужно следить, чтобы Кристине и Лизе хватало молока, ведь мы оставляем только по тридцать миллилитров смеси на одно кормление. И то договариваемся, что если малышки активно сосали не меньше двадцати минут и спокойны, докармливать не обязательно.  Следующие сутки родители будут собирать использованные памперсы, а потом взвесят их и таким образом узнают объем мочеиспусканий. Да, для каждой девочки отдельно, как бы сложно это ни казалось. Если что, будем увеличивать объем докорма, а потом понемногу снимать его.

Когда я ухожу, обе девочки спят, родители расслаблены и благодарят меня. Но это только начало длинного пути. Что и подтверждается уже вечером этого дня. Мне звонит Антон и чуть не плачет. По его словам, после моего ухода малышки проспали в кроватке два часа. Они с Алиной успели покушать и отдохнуть. А теперь у них ничего не получается. Он был бы рад, чтобы я приехала снова прямо сейчас.

Но я уже сделала все, что могла. Возможно, повторный визит действительно понадобится через несколько дней. Но пока они должны работать сами. К сожалению, такое случается довольно часто – родители ожидают, что приедет консультант, нажмет нужные кнопки и все волшебным образом наладится. Но успех приходит только тогда, когда кто-то берет ответственность на себя. И лучше, конечно, если это мама. Потому что это ее грудь, ее силы и только ей решать, сможет она кормить или нет, хватит ли у нее терпения и упорства. Тем более если детей двое, как в этой семье.

Но здесь ответственность на себя взял, похоже, папа. Может это и не плохо – лишь бы помощь маме и поддержка не превратились в давление. Он звонит мне еще несколько раз в этот день, каждый раз сообщая, что ничего не получается. И мне приходится учить его не обесценивать свои достижения. Потому что девочки все же сосут, а памперсы стали наполненными. А не получается у них сделать так, чтобы девочки снова одновременно пососали и заснули часа на два, как после моего визита. Но это, как я уже писала, вопрос мировоззрения. Которое либо изменится, либо под него будут изменять детей.

Я не берусь делать прогнозы, как сложится ГВ в этой семье в дальнейшем. Все зависит только от родителей. Возможно, докорм останется. Это нормально для двоен, тем более с такой историей кормления.  Главное, что они все же получают материнское молоко, вкушая его из самого лучшего сосуда, задуманного природой – из материнской груди.

Сегодня я вновь прикоснулась к сокровенному, интимному – безмолвному диалогу между двумя существами, столь близкими друг другу, как никто другой на свете – между мамой и ребенком. Один еще не умеет говорить на доступном языке, изъясняется телом, криком, всем своим существом и страстно желает быть понятым. А другому порой так сложно научиться понимать, но у него есть для этого самый важный орган – любящее материнское сердце. А для того, чтобы оно заработало в нужном диапазоне и научилось правильно распознавать поступающие сигналы, нужно чтобы все антенны-приемники были настроены на нужную частоту – частоту ребенка и его потребностей. Возможно, сегодня я помогла настроить одну из таких антенн, и в коммуникации Лизы, Кристины и Алины станет немного меньше помех и чуть больше гармонии и взаимопонимания. Я очень желаю им этого. 

 

Катерина Крайс, мама 3 детей,

консультант по грудному

вскармливанию,

выпускница Проекта ПроГВ


Мы - одна команда!

Оставайтесь с нами на связи!

Новости Проекта, анонсы курсов, интересные и полезные статьи!

Стать консультантом по ГВ Подписаться на рассылку